Сергей Бачин: «Санкции не мешают строить и развивать гостиничный бизнес в России»

Еще похожее

Генеральный директор компании «Васта Дискавери» Сергей Бачин – один из ведущих в России девелоперов и инвесторов объектов гостиничной и туристской инфраструктуры. Среди реализованных им проектов – курорты «Роза Хутор», «Ярославское взморье», «Завидово» и другие. О том, каким стал 2022 год для внутреннего туризма, как влияют санкции на строительство туристских объектов, и почему снижение глубины бронирования выгодно владельцам отелей, бизнесмен рассказал порталу «Интерфакс-Туризм».

– Как вы оцениваете ситуацию во внутреннем туризме по итогам 2022 года? Как она складывалась на тех курортах, которыми вы управляете?

– Туристическая отрасль в России неплохо развивается. Если сравнить спрос на наши туристические услуги в этом году и в прошлом, то он однозначно выше. Особенно там, где рядом есть большой мегаполис.

Мы отвечаем за несколько групп проектов, это и уже работающие курорты, и строящиеся, и те, которые пока находятся на стадии планирования. В первую очередь, это проекты, владельцем которых является «Интеррос», дальше проекты «Норникеля» и собственные.

Все работающие курорты пользуются спросом, при этом самый большой рост сегодня – у тех проектов, которые находятся недалеко от Москвы: «Завидово» в Тверской области и «Бухта Коприно» в Ярославской. Если говорить про удельный рост спроса, то там он самый большой. Но в целом рост спроса наблюдается везде. И я бы отдельно выделил категорию туристов, которая очень сильно выросла в этом году – это турист на автомобиле, который может удовлетворить свои потребности путешествовать, не садясь в самолет. Этот сегмент прямо прыгнул вперед.

Ситуация, которая сейчас сложилась, может быть в целом вызывает сложности у тех, кто хотел бы свободно путешествовать по всему миру, но не надо забывать, что у нас колоссальная часть населения с достатком средним или выше среднего, которая переориентировалась на внутренний туризм. И думаю, что эта тенденция сохранится по крайней мере в ближайшие пару-тройку лет. Поэтому мы считаем, что сейчас особенно интересно развивать внутреннюю туристическую инфраструктуру.

– При этом все отельеры и туроператоры говорят о снижении глубины продаж.

– Да, глубина бронирования изменилась. Сейчас все время кажется, что мы будем через месяц или два стоять пустыми. Но за две недели или даже за два дня бронирования происходят. В итоге ожидания не самые оптимистичные, а получается не хуже, чем в прошлые годы.

Берем, например, курорт «Завидово» и смотрим, что получилось за этот год. Все время глубина бронирования небольшая, а по факту гостей больше. В той же «Роза Хутор» в Сочи мы ожидаем загрузку на уровне прошлого года, несмотря на рост продаж в последний момент. Есть неуверенность в обществе, что произойдет через два-три месяца, и не так радостно люди бронируют отдых заранее. Но если они видят, что время отпуска подходит, ситуация спокойная, то его не отменяют и все равно едут отдыхать. С точки зрения бизнеса это даже лучше. Если весь год глубина продаж меньше, но общая загрузка такая же, то доход от одного и того же продукта больше, потому что его покупают позже и не получают возможные скидки за раннее бронирование. Да, для нас это означает некую неуверенность, продадим или не продадим номера, но в итоге дает дополнительно 5-10% прибыли, хотя цены не повышаются.

– По оценкам некоторых туроператоров, рост внутреннего туризма в этом году был меньше, чем можно было ожидать с учетом закрытия большинства направлений выездного туризма, за счет вымывания дешевого сегмента. Вы с этим согласны?

– Я считаю, что дешевый сегмент действительно частично ушел, но произошла сдвижка. Как мы сегментируем? Мы говорим, что есть дешевый сегмент, средний и люкс-сегмент. А я еще один добавляю сверху, назовем его «склонные к зарубежному дорогому туризму». И у нас получилось, что средний сегмент частично перешел в более дешевый, люксовый перешел в средний, при этом люксовый сегмент заняли те, кто много времени проводил в Европе и других странах. Это видно не только в туризме, но и по покупкам недвижимости на наших объектах. Появилась целая группа состоятельных людей, которые раньше не рассматривали покупку чего-либо на российском курорте. У них в голове были Испания или Италия. Сейчас они рассматривают такую возможность.

Поэтому если в целом на турпоток смотреть и внутренний, и зарубежный, он стал меньше, но за счет того, что спрос на отдых за рубежом уменьшился, внутри России мы наблюдаем столько же или даже больше туристов. У нас больше загрузка, и у нас за счет более поздних бронирований выше доходы.

– А как чувствуют себя ваши проекты в сфере туризма, которые находятся в стадии реализации?

– Если посмотреть на все наши туристические проекты, мы не просто не сокращаем инвестиции, но даже немного их увеличиваем. Все проекты, о которых мы заявили, в работе и будут реализованы. Ближайший объект, который введем в эксплуатацию, – это новая гостиница «Коприно Плаза» на 125 номеров в парк-отеле «Бухта Коприно». Она откроется и примет гостей уже в середине лета следующего года. Этот проект получил по 141 постановлению субсидирование процентной ставки, мы его успешно строим и уже понимаем, что вернем кредит быстрее, чем планировали.

Следующий проект в стадии реализации – это «Завидово парк». Стройка идет по плану, и я очень оптимистично отношусь к этому проекту: в январе 2025 года он должен быть открыт для туристов. Этот проект мы ведем совместно с корпорацией «Туризм.РФ» и «ВЭБ РФ» – ведущим институтом развития в нашей стране, для которого участие в инфраструктурных туристических проектах является одним из приоритетных направлений.

Фото: Васта Дискавери

Следующий ближайший к реализации проект – Парк «Три вулкана» на Камчатке, основным инвестором которого является «Интеррос». Мы находимся в Главгосэкспертизе, предполагаем весной оттуда выйти, уже приступили к подготовке стройплощадки, и к началу 2024 года запустим полномасштабную стройку.

Масштабы проекта и инвестиции в него будут даже несколько больше, чем было заявлено раньше, во всем – и по количеству мест проживания, и по числу возможных активностей. Например, мы добавили уникальное проектное решение, которое не реализовано нигде в России. Центральная деревня «Сопка Горячая» будет стоять на стилобате, и весь транспорт, загрузка–разгрузка, технологические решения будут происходить не на улице, а в цоколе на минус первом этаже. Это было специально сделано с учетом того, что зимой на Камчатке очень глубокий снежный покров, чтобы не сталкиваться с проблемой очистки улиц от снега. А верхняя часть стилобата, где пешеходные улицы, будет дополнительно прогреваться термальной водой, как это делают в Исландии. То есть круглый год будут чистые тротуары, а весь автомобильный трафик под землей. В России ничего похожего нет, и я думаю, что наши гости по достоинству это оценят.

Фото: Васта Дискавери

Следующий проект – это «Долина Васта», которую иногда называют «Роза Хутор-2». Мы сейчас занимаемся проектированием, все основные концептуальные решения уже приняты, строительство планируем начать в 2024-2025 годах. Этот проект также финансирует «Интеррос» как основной инвестор. И практически во всех наших проектах мы являемся со-акционерами с корпорацией «Туризм РФ».

– Вам стало удобнее работать, когда была создана корпорация?

– Работать стало понятнее. «Туризм.РФ» выполняет роль координатора задач, которые возникают вокруг проекта. Мы же строим не просто гостиницу у существующей дороги или пляжа. Проекты, которые ведет «Васта Дискавери», – это, как правило, «грин филд». Мы начинаем в чистом поле и развиваем всю территорию комплексно. Конечно, очень важны дороги, электричество, коммуникации, канализация, вода. Здесь корпорация выполняет очень большую роль, чтобы в одном месте собиралась, обрабатывалась вся информация и решались задачи по строительству всей сопутствующей инфраструктуры.

На Дальнем Востоке огромную роль играет КРДВ (Корпорация развития Дальнего Востока). И каждый губернатор субъектов, на территории которых мы находимся, – это тоже очень важный участник системных больших проектов. Профильные министерства тоже важны, так как наши проекты – больше, чем просто строительство счетного количества средств размещения, это уровень государственных задач.

– Упразднение Ростуризма влияет на вашу работу?

– Агентство не просто ликвидировано, его функции переданы в Минэкономразвития, т.е. это не ликвидация, а реорганизация. У меня есть уверенность, что Минэкономразвития станет плавным правопреемником агентства по туризму. Конечно, любая реорганизация требует времени. Например, сейчас мы ждем возобновления системной работы госструктур по 141 постановлению, так как рассчитываем на субсидирование процентной ставки для наших проектов. Пока эта работа приостановилась, но я надеюсь, что через пару месяцев, после окончания переходного периода Минэкономразвития ее продолжит.

Фото: Васта Дискавери

Возвращаясь к нашим планам, у нас есть проекты за полярным кругом, в Мурманской области, Красноярском крае, их инвестор – «Норильский никель». «Валла-Тунтури» на берегу Баренцева моря уже реализуется, на первом этапе введен в строй круглогодичный парк-отель «Китовый берег». Это единственный подобный туристический объект в Русском Заполярье, побывавшие там гости оставляют самые восторженные отзывы. В 2023 году планируем «Китовый берег» расширять. Сейчас также решаем инфраструктурные вопросы – дорога, электричество. В дальнейших планах комплексный проект – туристическая деревня, сеть маршрутов и троп, различные активности.

Туристический комплекс «Затундра» вблизи плато Путорана в Красноярском крае – это еще один проект, где основной инвестор «Норильский никель». Для жителей Норильска и гостей Заполярья создается сеть уникальных туристических маршрутов с кемпингами и приютами. Этот проект мы также постоянно улучшаем и добавляем средства размещения.

В рамках проекта «Архипелаг Онекотан» приступили к строительству гостиницы «Эбеко» в Северо-Курильске на острове Парамушир. Через два года введем ее в эксплуатацию, и это будет первая качественная гостиница на Северных Курилах. Хочу подчеркнуть, что мы работаем только на Северных Курилах, которые очень близки к Камчатке. Туда проще попасть именно с Камчатки, а не из Владивостока или Сахалина. Расстояние между южными и северными Курильскими островами – почти 1,5 тыс. км, как от Москвы до Сочи. Мы концентрируемся, и наша зона развития – это Камчатка и прилегающие к ней Северные Курилы.

В 2026 году мы планируем освоить, сделать доступным для туристов первый остров Парамушир, а дальше каждый год или два добавлять по острову, на которых есть интересные локации. Например, на острове Онекотан замечательный вулкан Креницына, он находится в озере Кольцевом, а само озеро – в кальдере вулкана большего размера. Собираемся и там построить гостиницу, причальные сооружения для небольших катеров и яхт.

– Вы думаете, эти проекты окупятся с учетом, что они явно рассчитаны на дорогой, не массовый туризм?

– Большинство наших проектов ориентировано на широкую аудиторию туристов. Но есть и эксклюзивные предложения, которые рассчитаны на небольшой турпоток. Небольшой поток очень богатых гостей для окупаемости часто лучше, чем большой поток небогатых. Камчатка – это народный проект, массовый, а Северные Курилы – это эксклюзивный туризм. Мы работаем в разных сегментах.

– «Туризм.РФ» участвует в северокурильском проекте?

– «Туризм.РФ» поддерживает те проекты, которые подразумевают массовый туризм. Поэтому на Камчатке мы работаем вместе с госкорпорацией, а Северные Курилы – наш собственный проект. Плюс мы занимаемся развитием экспедиционного круизного туризма на Дальнем Востоке. Это значит, что мы будем делать ежегодно круизы одного, а позже двух кораблей вдоль Курильских островов.

Летом 2022 года мы уже провели 6 пробных круизов на теплоходе «Профессор Хромов», с 2023 года планируем до 10-15 круизов за сезон. «Хромов» – пассажирское экспедиционное судно, которое находится в ведении Минприроды, и мы его фрахтуем на летний сезон. Все круизы будут выполняться из Владивостока до острова Врангеля, но по нескольким маршрутам – между Владивостоком, Южно-Сахалинском, Петропавловском-Камчатским, Бухтой Провидения, внутри Охотского моря.

– Прежде подобные дорогие круизы покупали в основном иностранные туристы, сейчас их заменили россияне?

– Да, сейчас покупают в основном российские граждане. Эта тема не очень раскручена, но мы ей занимаемся. У иностранных туристов такие круизы тоже никогда не были массовыми, экспедиционный туризм всегда эксклюзивный. И у нас в России достаточное количество людей заинтересованы в таком туризме. Раньше они пользовались иностранными судами, сейчас мы хотим переориентировать их на наши.

В основном наши клиенты – это люди активные, так как сама суть этих круизов – не просто наблюдение за птицами или животными, это высадки на территорию, трекинг по острову к вулкану, который может составлять и 5, и 7 км. Это активная история, и она не подразумевает пятизвездочного сервиса на корабле. Мы должны предоставлять услугу качественную и безопасную, но не стремимся, чтобы это были очень дорогие каюты с отделкой деревом. У нас другой акцент. Мы продаем не корабль, а эксклюзивное место, куда корабль может подойти и показать природу. У нас есть договоренность с Минприроды, чтобы мы могли посещать уникальные локации на заповедных территориях.

– Сколько стоят такие круизы?

– Порядка 300-400 тыс. рублей с питанием на неделю на человека в зависимости от типа размещения.

– На Восточном экономическом форуме в сентябре вы говорили, что для развития экспедиционных круизов в России остро не хватает судов и предложили использовать для этих целей научный флот.

– Такая проблема действительно есть, сейчас мы решаем ее фрахтом существующих судов. По большому счету, на Дальнем Востоке всего два судна, подходящих для этих целей, но им за 30 лет. Поэтому если мы говорим про развитие, в России должна быть разработана программа специального финансирования строительства круизных экспедиционных судов. Потому что через пять–семь лет надо вводить в эксплуатацию современные суда. Я допускаю, что мы выступим инициаторами реализации подобной программы.

– Влияют ли введенные против России Европой и США санкции на сроки реализации ваших проектов?

– Когда появились санкции, часть поставщиков, например, вентиляционных систем, некоторых отделочных материалов, ушла из страны. Но, так или иначе, все эти вопросы уже решены. И в целом у нас поменялись поставщики, но это не значит, что они все стали неевропейские. Есть и европейские, и североамериканские. Если какая–то группа товаров не попала под санкции, они все равно поставляются в соответствии с законом. А те, что попали, заменены другими производителями. И турецкими, и азиатскими. Я не вижу в строительстве отелей каких–либо позиций, которые не могут быть заменены. Санкции не мешают строить и развивать гостиничный бизнес.

Фото: Васта Дискавери

Все решается. Многие вопросы решаются внутри РФ: например, такие, как поставки предметов интерьера, мебели, и я не думаю, что визуально гости смогут определить, кто производитель. За те годы, что Россия была открытой, мы много впитали, многому научились, и все это работает.

– Получается, что у вас нет проектов, которые бы пострадали из-за текущей экономической ситуации? Нужна ли вашим стройкам какая-то дополнительная поддержки от государства?

– У нас нет. Некоторые из них видоизменились с точки зрения материалов и комплектующих. Но внешние характеристики, объемы проектов никак не изменились.

Говоря о поддержке, в круизном туризме нужна субсидия на топливо, потому что те суда, которые у нас есть, очень неэффективны с точки зрения топливной составляющей. В остальных сферах мы неоднократно обращались с предложениями, и они все прорабатываются так или иначе.

Я бы лишний раз подчеркнул, что принятое в феврале 2021 года правительством постановление №141, по которому субсидируется процентная ставка для инвесторов в туристскую инфраструктуру, является самым важным, ключевым элементом того, чтобы внутренний туризм в РФ развивался. Не надо создавать новые механизмы, надо поддерживать старый механизм, который уже создан. Очень важно, сколько Минфин выделяет субсидий под это постановление, чтобы не получилось его выхолащивания: механизм есть, а финансирования под него нет.

– Существует ли какая–то угроза финансированию ваших проектов по 141 постановлению?

– Мне трудно однозначно сказать, потому что сейчас переходный период между Ростуризмом и Минэкономразвития. Старая история закончилась, а новая должна заработать с марта-апреля, и тогда станет понятно, как это работает, с каким финансированием. Наши проекты хорошо подготовлены и есть большая доля вероятности, что при отборе они будут в первой пятерке или десятке, благодаря чему нам хватит финансирования.

Но я бы убрал из постановления возможность пользоваться им проектам в Москве, Петербурге, всех областных центрах. Наша задача – развивать новые дестинации и точки притяжения. А гостиница в центре Москвы формально подпадает под постановление, но оно создавалось не для того, чтобы внутри Садового кольца построить еще 2–3 гостиницы. У них экономика срастается и без субсидирования процентной ставки. С точки зрения возврата вложенных средств самое выгодное – вдоль МКАДа открывать мотели. Формально ты строишь средство размещения, но тебе не надо никакую инфраструктуру развивать: есть электричество, канализация, работай себе с дешевым капиталом. Но это никак не связано с туризмом, и должны быть критерии, которые подобные проекты отбраковывают.

Поэтому на мой взгляд оптимально для Минфина – не столько сокращать общее количество субсидий, сколько убрать несколько центральных регионов, которые могут развиваться и без поддержки государства.

– В какие туристические объекты, по вашему мнению, сейчас есть смысл вкладываться инвесторам?

– По сравнению с тем, что было два или три года назад, ничего не изменилось. Надо ориентироваться на то, какой сегмент подходит к тому месту, где ты строишь. Самый экономически состоятельный курорт – это курорт в лучшем месте недалеко от мегаполиса. Он всегда экономически выиграет по сравнению с тем, который расположен просто в хорошем природном месте. В России под мегаполисом подразумевается Москва и частично Санкт–Петербург. Минимум до 60% клиентов на любом курорте в любой части России дает Москва. Еще процентов 20% Санкт–Петербург и оставшиеся 20% приезжают со всей России. Москва настолько превалирует с точки зрения спроса, что ни один другой город с ней не сравнится.

Фото: Васта Дискавери

Курорты, которые близки к Москве и хорошо расположены – лучший вариант с точки зрения экономики. Пример – наше «Завидово»: 100 с небольшим км от Москвы, легкая транспортная доступность и большая вода, так как это место, где Волга ближе всего подходит к столице.

Безусловно, для туристов всегда будут интересны курорты в уникальных природных локациях, очень важен для России и сегмент пляжного отдыха.

– Каков ваш прогноз по поводу развития внутреннего туризма в 2023 году?

Мы конечно зависим все от неких политических событий. Но если не будет какого–то шока, я прогнозирую, что 2023 год в туризме будет лучше 2022. Потому что происходит привыкание к ситуации, которая в 2022 году была новой. То, что сейчас происходит, – следствие шока: он произошел – поведенческая модель изменилась. Если новых не будет, то мы вернемся к прежней модели поведения, увеличится глубина бронирования. И те, кто откладывали отдых в расчете, что ситуация изменится, они тоже привыкнут и будут ездить отдыхать. Поэтому моя оценка, что 2023 год не очень существенно, но на 5-10% будет лучше 2022.

Еще из категории

Комментарии

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь
Captcha verification failed!
оценка пользователя капчи не удалась. пожалуйста свяжитесь с нами!

Популярное